В руках Нины Зябревой обычная пряжа превращается в произведение искусства, а воспоминания о тяжёлых годах становятся источником силы и вдохновения.
Есть люди, рядом с которыми становится теплее. Нина Александровна Зябрева из Ряймяля — маленькая, с ясными глазами и руками, которые не любят пустоты, такая. В руках — крючок. Мелькает ловко, привычно.
«Хоронили меня три раза», — говорит Нина Александровна и смеётся. Смех разлетается далеко, и те, кто слышит, улыбаются. Значит, всё хорошо.
Белый потолок
Нина Александровна родилась в марте 1942 года в Пудоже. Время было военное, тяжёлое. У мамы не было молока, и новорождённая Нина постоянно голодала. Чтобы хоть как-то накормить малышку, мама жевала картошку, заворачивала её в марлю и давала дочке сосать. Так и выжили.
Отец вернулся с войны раненым. При десантировании из танка ему сильно повредило ноги. В 1945 году семью отправили в деревню Маткаселькя, где отец работал механиком. Лето там было благодатным: рыба, ягоды, овощи, раки — всего вдоволь. Но голод всё равно не отступал. В семье росло семеро детей.
В школу приходилось ходить за восемь километров. Мама работала телятницей и, рискуя, брала со скотного двора корм, который дома заваривала для детей. Нина отучилась всего четыре класса.
«Дальше нужно было ехать в интернат в Сортавала, но мать не отпустила, нужно было следить за младшими», — вспоминает Нина Александровна.
Спицы на секунду замирают в ее руках. Она носила воду, топила печь, кормила скотину, нянчила детей.
В тринадцать лет Нина пошла работать в поле. Женщины часто просили её запрягать лошадь. Однажды, запрягая, она увидела, что все места в телеге заняты, и села на оглоблю. Во время спуска с горы лошадь её лягнула. Очнулась Нина в больнице. Увидела впервые белый потолок — в финских домах, где они жили, потолки почему-то всегда были тёмными.
Началось долгое восстановление. Нина потеряла почти все зубы, язык зашивали в трёх местах, ей сделали несколько операций. После долгой болезни она пошла работать дояркой. Мама уехала в Кириши, вышла второй раз замуж. А Нина выучила всех своих братьев и сестёр, всех поженила. Вместе с ней жили и бабушка, и тётка.
Успевала она заниматься в самодеятельности, пела частушки. Но после тяжёлой травмы часто падала, очень стеснялась этого. К тому же семья жила очень бедно. Одежду стирали в бане и сразу же надевали. Спали по трое.
Позднее своим трудом Нина заработала всё необходимое для жизни. В её доме всегда царили порядок и красота. В память о тех бедных годах ей хотелось, чтобы у детей было всё.
Нитки, смех
Сегодня Нина Александровна по-прежнему любит людей, шутки, песни. И вяжет. Ей достаточно трёх дней, чтобы вышла кружевная тёплая накидка или аккуратный плед.
«Вы мне, девочки, нитки пришлите — я вам всё, что хочешь, свяжу», — говорит она.
Фото: Приладожский дом ветеранов
В марте 2027 года ей исполнится 85 лет. Её руки помнят многое: тяжёлый труд в поле, студёную воду, жар печи, скотину во дворе. Смотришь, как мелькает крючок и думаешь: сколько силы в этих руках. А потом слышишь смех — и понимаешь, что в этом смехе все и дело. Вся её победа. Над голодом, над болью, над всеми бедами, которые ей довелось пережить.
