Осенью проходит одна из главных ветвей Беломоро‑Балтийского миграционного пути — по нему летят сотни тысяч птиц.
Осень — горячая пора для орнитологов Нижне-Свирского заповедника: именно здесь проходит одна из главных ветвей Беломоро-Балтийского миграционного пути. На Ладожской орнитологической станции (ЛОС) кипит работа — учёные отлавливают птиц, кольцуют, проводят замеры и обследования, а затем отпускают на волю.
Многие думают, что птицы снимаются с места, едва почувствовав первые холода. Но природа распорядилась хитрее: главный «будильник» для пернатых — вовсе не температура, а длина светового дня. У птиц есть врождённый годовой ритм — примерно как у человека цикл сна и бодрствования. Сокращение дня запускает в организме цепочку гормональных изменений: птица начинает активно накапливать жир и проявлять так называемое миграционное беспокойство — будто внутренне готовится к дальнему пути.
Из-за этого дальние мигранты, которым предстоит преодолеть тысячи километров до Африки или Восточной Азии, могут стартовать уже в августе. Те, кто зимует поближе — на юге России или в Европе, — не торопятся и отправляются в путь в сентябре или даже октябре.
Не все покидают родные края: некоторые виды отлично приспосабливаются к холодам. Синицы и дятлы меняют рацион и переходят с насекомых на семена. А королёк и пищуха и вовсе умудряются отыскивать зимующих насекомых даже в мороз.
Данные кольцевания наглядно показывают, насколько разными бывают маршруты птиц. В этом сезоне на ЛОС получили удивительные сведения: например, о крапивнике из Праги, пеночке-весничке, замеченной в Ливане, и московке — её окольцевали на станции, а позже поймали в Эстонии. Получается, птицы, которые могли соседствовать на одной точке маршрута, в итоге разлетаются по самым разным уголкам планеты.
Ранее писали о том, как на Ладожской станции читают «биографию» птицы.
