Имя Гавриила Романовича Державина прочно связано с русской поэзией, для большинства он — автор знаменитых од, предшественник Пушкина, государственный деятель эпохи Екатерины II, но в истории Карелии он занимает совершенно особое место.
Здесь, на берегах Онежского озера, Державин прожил всего около года. И этого оказалось достаточно, чтобы оставить след не только в литературе, но и в истории края.
Он приехал в Петрозаводск весной 1784 года как правитель Олонецкого наместничества. Новая губерния существовала лишь на бумаге. Нужно было создавать администрацию, налаживать работу судов, казначейства, полиции, больниц и школ практически с нуля. Но вместо спокойной чиновничьей службы Державин выбрал совсем другой путь — отправился смотреть губернию собственными глазами.
Губернатор, который не сидел в кабинете
Летом 1785 года Державин совершил большое путешествие по Олонецкому краю. Его маршрут прошел через Кончезеро, Марциальные Воды, Кивач, Повенец, Пудож, Кижи, северные волости и поморские поселения.
Результатом стала знаменитая «Поденная записка, учиненная во время обозрения губернии правителем Олонецкого наместничества Державиным» — один из самых необычных документов XVIII века. Это одновременно служебный отчет, путевой дневник, этнографическое исследование и личные заметки человека, искренне пытавшегося понять жизнь огромного северного края.
Историк Яков Грот, посвятивший многие годы изучению жизни Державина, писал, что тот стремился узнать губернию «не по бумагам, а по собственному наблюдению». Именно поэтому его записки до сих пор остаются одним из главных источников по истории Карелии XVIII века.
Державин не ограничивался сухими цифрами — он записывал то, что видел собственными глазами. Одно из самых сильных свидетельств касается жизни беднейших жителей северных районов:
«Лопляне убогие едят хлеб, деланный из сосновой коры или из соломы, и питающиеся оным пухнут и кажутся дородными, в самом: же деле слабосильные.
Хлеб из сосновой коры следующим образом приготовляется: по снятии коры очищают оной поверхность, сушат на воздухе, жарят в печи, толкут и прибавляют муки, замешивают тесто и пекут хлеб.
Хлеб из соломы: берут и рубят намелко концы колосьев, и солому, сушат, толкут и мелют, присыпают муки и приуготовляют хлебы. Осенью пекут лепешки из так называемой травы векхи».
Эта короткая запись сегодня считается одним из важнейших исторических свидетельств жизни населения Русского Севера. Позднейшие этнографы подтверждали: в голодные годы в муку действительно добавляли размолотую сосновую кору.
Державин не пытался приукрасить действительность. Напротив, он считал, что императрица должна знать правду о положении дел в губернии.
Во время путешествия губернатор встретил крестьянина, которому, по словам местных жителей, исполнилось 104 года. Для XVIII века это казалось почти невероятным, и Державин специально отметил этот случай в своем дневнике.
«Проходя близьлежащую деревню, увидели старика ста четырех лет, представляющего совершенную бедность. Он объявил о себе, что родился в Мунозере и в бытность Петра Великого на марциановых водах лил воду из колодца, за что ему и прочим работникам государь пожаловал по рублю. Потом на Вологде был испорчен и лаял собакою и другими голосами животных кричал и, не будучи в состоянии работать, пришел в крайнюю бедность, однако, к удивлению выздоровевши, женился и прижил сына на 85 году. Он довольно памятен, шутит и по летам его довольно крепок», — писал Державин.
Его интересовали не только заводы, дороги и налоги, но и люди, их рассказы, привычки, образ жизни. Именно поэтому современные историки называют «Поденную записку» еще и одним из первых этнографических описаний Карелии.
Ради губернии он заложил подарок императрицы
Когда Державин приехал в Петрозаводск, выяснилось, что губернские учреждения существуют почти только на бумаге. Не хватало мебели, книг законов, письменных принадлежностей. Поэтому он начал покупать все необходимое за собственный счет.
Биограф Владислав Ходасевич, опираясь на многотомное исследование Якова Грота, писал: «Видя, что на оборудование губернаторского дома и будущих присутственных мест казна дает мало денег, вздумал он чуть не все оборудовать на свой счет… Ради этого влез он в новые долги… заветная табакерка, подарок Фелицы, тоже пошла к процентщику».
Эта табакерка была подарена Екатериной II после публикации знаменитой оды «Фелица» и считалась одной из самых дорогих для поэта вещей. Но ради службы Державин отдал ее в залог.
Кроме того, он построил каменные здания в республике в том числе первую городскую больницу, дав на ее строительство 200 рублей собственных денег, хотя его годовое жалованье составляло всего 3000 рублей. Также, приобретал книги законов и даже мебель для государственных учреждений.
Честность оказалась опасной
Очень скоро выяснилось, что новый губернатор совершенно не умеет мириться с несправедливостью. Он начал проверять казенные расходы, расследовать злоупотребления, требовал строгого соблюдения законов. Это быстро привело к конфликту с генерал-губернатором Тимофеем Тутолминым и частью местного чиновничества.
Яков Грот писал о Державине: «Он не умел ни скрывать своих убеждений, ни мириться с тем, что почитал несправедливостью».
Современники отмечали ту же черту характера. Для Державина закон был важнее чиновничьих отношений. Именно поэтому его олонецкая карьера оказалась столь короткой. Уже в конце 1785 года он получил новое назначение — в Тамбов.
Кивач, который стал бессмертным
Летом 1785 года Державин добрался до Кивача. Тогда это был совсем другой водопад — один из крупнейших равнинных водопадов Европы. Поток Суны еще не был зарегулирован плотинами, вода с грохотом падала между четырьмя гранитными уступами, а облако брызг поднималось выше сосен. Современники писали, что рядом с водопадом трудно было разговаривать — шум заглушал человеческий голос.
В «Поденной записке» Державин оставил удивительно точное описание увиденного. Оно написано не языком чиновника, а языком поэта:
«Между страшными крутизнами черных гор, состоящими из темно-серого крупнозернистого гнейса, находится жерло глубиною до восьми сажен; в оное… падает с великим шумом вода, при падении разбивается в мелкие брызги наподобие рассыпной во множестве муки. Пары, столбом восходящие, досягают вершин двадцатипятисаженных сосен и оные омочают… Чернота гор и седина биющей с шумом пенящейся воды наводит некий приятный ужас и представляет прекрасное зрелище».
Есть и любопытная история, которую сохранили карельские краеведы. Желая проверить силу потока, Державин приказал срубить высокую сосну и пустить ее по течению. Дерево мгновенно исчезло в пене и было разбито о камни. Этот случай долго пересказывали путешественники, приезжавшие на Кивач после него.
Впечатления от поездки не исчезли. Спустя несколько лет, после смерти князя Григория Потемкина, они легли в основу знаменитой оды «Водопад». На первый взгляд кажется, что произведение посвящено только Кивачу, но это гораздо более сложный текст. Водопад становится символом человеческой славы, могущества и быстротечности жизни. Сам Державин позже объяснял, что описание в начале оды — это «точное изображение водопада, Кивачем называемого», который он видел во время губернаторства в Олонецкой губернии.
Первые строки знают многие:
«Алмазна сыплется гора
С высот четыремя скалами,
Жемчугу бездна и сребра
Кипит внизу, бьет вверх буграми;
От брызгов синий холм стоит,
Далече рев в лесу гремит…»
Но не менее интересны следующие строфы. В них поэт замечает то, что увидел во время своей инспекционной поездки: неподалеку от Кивача работал Кончезерский железоделательный завод. Поэтому в шум воды вплетались звуки молотов и заводских механизмов:
«Стук слышен млатов по ветрам,
Визг пил и стон мехов подъемных…»
Позднее Державин специально пояснил, что действительно слышал этот необычный «оркестр», когда осматривал водопад. По ветру до Кивача доносились звуки Кончезерского завода, находившегося в нескольких десятках верст. Они смешивались с ревом падающей воды, создавая, по его словам, «дикую некую гармонию».
Литературоведы считают, что именно благодаря Державину Кивач получил всероссийскую известность. Академик В. Г. Базанов писал: «Не только Кивач, но и карельская Суна получила через Державина поэтическое бессмертие». Сегодня исследователи заповедника «Кивач» называют его первым и главным популяризатором знаменитого водопада.
Интересно, что современный Кивач значительно отличается от того, который видел Державин. После строительства каскада Сунских гидроэлектростанций в XX веке основная часть воды была отведена, и водопад стал гораздо менее мощным. Поэтому строки поэта — это не только литература, но и историческое свидетельство о Киваче таким, каким его уже невозможно увидеть.
Державин и современная Карелия
Хотя Державин прожил в Петрозаводске чуть больше года, память о нем в Карелии оказалась удивительно прочной. Немногие губернаторы XVIII века удостоились такой чести.
Памятник в Петрозаводске
Самый известный монумент находится в Губернаторском парке Петрозаводска. Он был открыт в 2003 году. Авторы памятника — скульптор Вальтер Сойни и архитектор Эдуард Кулдавлетов. Державин изображен не как торжественный придворный поэт, а как государственный деятель — с бумагами в руках, словно только что вышедший из губернской канцелярии или собирающийся в очередную поездку по Олонецкому краю.
За годы существования памятник стал одной из визитных карточек Петрозаводска. Именно здесь проходят Державинские чтения, памятные мероприятия, а для многих выпускников Державинского лицея уже сложилась добрая традиция фотографироваться у монумента.
Почему памятник появился именно здесь
Место выбрано не случайно. Губернаторский парк расположен рядом с тем местом, где находились губернские учреждения, которыми руководил Державин. Фактически памятник стоит там, где более двухсот лет назад начиналась история гражданского управления Олонецкой губернией.
Памятник в Кондопоге
Не все знают, что первый памятник Державину в Карелии появился вовсе не в столице республики. Гавриил Романович проезжал этот город в своем карельском путешествии и сделал соответствующую заметку: «Простояли целый следующий день за погодою и, отправлясь ввечеру, приехали поутру в деревню Кондопогу».
В 1997 году монумент был открыт в Кондопоге. Его авторами стали петербургские скульпторы Андрей и Юлия Архиповы. Выбор города не случаен: именно через Кондопожские земли проходил маршрут губернатора во время его знаменитого путешествия по губернии в 1785 году.
Державинский лицей
Имя первого губернатора носит один из самых известных образовательных центров Карелии — Державинский лицей в Петрозаводске.
Свое название лицей получил в 1995 году. Оно было выбрано самими учениками. Каждый год 19 октября, во Всероссийский день лицеиста, новые учащиеся проходят торжественное посвящение у памятника Державину в Губернаторском парке. Эта традиция продолжается уже три десятилетия и символично соединяет историю Карелии XVIII века с современным образованием.
Державинская аллея и память о губернаторе
В 2021 году в Губернаторском парке появилась Державинская аллея. Кроме того, в Петрозаводске есть улица Державина, мемориальная доска на месте его дома и памятная доска на здании городской больницы, открытой по инициативе губернатора в 1785 году. Ежегодно в республике проходят Державинские чтения, где историки, филологи и краеведы обсуждают наследие первого гражданского губернатора Олонецкого края.
Память длиной более двух столетий
История Державина в Карелии продолжалась чуть больше года. Но память о нем живет уже почти два с половиной века. И, пожалуй, это лучшая оценка его работы.
В Карелии его помнят не только как великого поэта. Здесь он остался человеком, который объехал губернию по разбитым дорогам, записал жизнь простых людей, не побоялся говорить правду о бедности и чиновничьем произволе, а ради устройства новой губернии даже заложил драгоценный подарок императрицы.
Наверное, поэтому сегодня у памятника Державину чаще говорят не о литературе, а о совести, честной службе и ответственности перед своим краем.
Дарья Гришанова
