Летом 1990 года на необитаемых островах Белого моря стартовал уникальный эксперимент — конкурс «Полярные Робинзоны». Это был прообраз современных реалити‑шоу про выживание, но с акцентом на взаимопомощь и раскрытие лучших качеств человека. О нем почти забыли, хотя он состоялся задолго до шведской «Операции Робинзон» и российского «Последнего героя».
История началась с беседы главы клуба «Полярный Одиссей» Виктора Дмитриева и главного редактора журнала «Вокруг света» Александра Полещука. Молодежь жаловалась на скуку — не хватало приключений, как у Робинзона Крузо. Дмитриев предложил устроить «Робинзонаду» на островах Белого моря: не тропики, но летом пожить можно. Клуб «Полярный Одиссей», существующий с 1978 года, вел проект «Золотой век», цель которого — показать, что наша планета — один корабль, а путешествия объединяют народы. «Робинзонада» идеально вписалась в эту концепцию: два человека на острове учатся находить общий язык, несмотря на языковые и культурные различия.
К организации привлекли профессора Виталия Воловича — специалиста по выживанию в экстремальных условиях, готовившего первую группу космонавтов. Он дал важные рекомендации по безопасности и программе испытаний. Новости о конкурсе напечатали «Вокруг света» и «Новое время».
Письма приходили мешками — со всего СССР, из ряда европейских стран, Монголии и даже из Африки. Одна девушка из Уганды очень хотела приехать к нам на Белое море, но, к сожалению, по условиям допускали только мальчиков, — вспоминает Каганов.
Второй тур проходил на турбазе «Айно». Участники соревновались в беге и плавании, проходили полосу препятствий и готовили пищу в походных условиях — например, пекли блины на камнях. Кандидатов оценивали по трем критериям: физическая выносливость, туристическая подготовка и психологическая адаптивность. Именно тесты психологов оказались решающими. С подачи психологов ребятам предложили выбрать себе позывные. Так Евгений Шетько из Сегежи стал Джоном Гринвудом.
Я тогда уже был в рок-н-ролле, у нас своя группа была, меня все звали Джон, как Леннона. А Гринвуд просто в каком-то фильме услышал, понравилось. «Зеленый лес» — красиво же, — признался он.
Его друг и одноклассник Павел Скоморощенков стал Вулканом. Также появились Знахарь, Михайло, Никита Ломов (так звали знаменитого русского силача), Хо (в честь Хо Ши Мина), Али и даже Христос.
Жили дружно. Ни драк не было, ни стычек, даже голос никто не повышал. Как нам сказали при подготовке: «Вы лучшие мужики Советского Союза». Мы ощущали себя так же и хотели оправдать это доверие, — рассказал один из участников Евгений Шетько.
3 июля началось главное испытание. После состязаний участникам пообещали прогулку на лодках, но внезапно прозвучала команда «кораблекрушение». За 30 секунд нужно было покинуть лодки, добраться до острова, разжечь костер и обустроить ночлег. Лучше всех сориентировались Евгений и Павел, уже привыкшие к походной жизни: они сразу сняли сапоги, спрятали в них спички, чтобы сохранить их сухими, и отправились вплавь.
Каждой паре выдали минимальный набор: спички, нож или топор, соль и крупу, сигнальные ракеты для вызова помощи, НЗ с тушенкой (его открытие означало выбывание). На каждом острове был спрятан клад с сухарями. Участникам предстояло построить жилище с минимальным ущербом для природы, обеспечить себя едой — мидиями, диким луком, ягодами, гнездовьями птиц — и вести дневник наблюдений, записи из которых позже опубликовали в прессе.
У каждой пары сложилась своя история. Никита Ломов и Ладислав Шафранек смогли поладить, несмотря на языковой барьер. Никита, опытный спортсмен, помог менее подготовленному напарнику обустроиться и даже пришел к духовным открытиям: по ночам он выходил из землянки и читал молитвы собственного сочинения. Али и Михайло не нашли общего языка и сдались на шестой день; Михайло вернулся на следующий год и показал себя с лучшей стороны. Дикий не был зачислен ни в одну из финальных пар, но попросился участвовать в одиночку вне конкурса. Несмотря на простуду, он продержался весь срок и даже не тронул клад с сухарями — за что получил специальный приз за мужество. Для пары из Сегежи — Вулкана и Гринвуда — самым тяжелым испытанием стал голод.
Все-таки молодые растущие организмы, и на таком куцем пайке тяжело пришлось. Главной нашей едой были мидии, которых приливом на берег много выносило, дикий лук. Я пытался ловить рыбу, но удалось поймать чайку. Мы её сварили, на радостях начали петь песни «Любэ», причём так громко, что спасатели приехали. Услышали крики и подумали, что нужна помощь, — вспомнил Гринвуд.
За участниками следили с наблюдательного пункта на Кондострове. Каждый день они подавали сигнал, что все в порядке, — вывешивали оранжевый спасжилет. Оператор Михаил Петров тайно снимал происходящее длиннофокусным объективом — иногда так хорошо, что участники не замечали его.
Конкурс завершился на девятый день по решению руководителя Вениамина Каганова — это был срок, рекомендованный профессором Воловичем. После эвакуации участники прошли реабилитацию и психологические обследования. Победителями стали Знахарь и Хо: они построили настоящую избу из плавника, нанося минимальный вред природе, и получили путевку в Венгрию.
Фильм о «Полярных Робинзонах», снятый программой «До 16 и старше», прогремел по СССР. Позже его продали во Францию, и след ленты потерялся. В 1997 году шведское телевидение запустило шоу «Операция Робинзон», которое подавали, как первый в мире проект про выживание, а позже появился российский «Последний герой». Участники и организаторы «Полярных Робинзонов» считают эти программы менее искренними: в них, по их словам, мало настоящего выживания и много наносной зрелищности.
В 1998 году конкурс закрыли после трагедии: из‑за погодной аномалии при высадке с вертолета погибли четверо участников. Спустя годы «полярные робинзоны» снова собрались вместе. Многие отмечают, что эксперимент изменил их жизни — кто‑то занялся экстремальным туризмом, кто‑то создал школу выживания. Организаторы не теряют надежды возродить идею, но пока не нашли ресурсов.
